Венгеров, С.А.

Военные преступления Габсбургской монархии 1914-1917 г.

Trumbull: Peter S. Hardy, 1964.

Item #30302

Переплет: Твердый
Страниц: 540, с иллюстрациями

По случаю 50-летней годовщины Первой мировой войны (1914-1918) была в последних месяцах прошлого года издана вышеуказанная книга, в общем представляющая собою переиздание четырех выпусков, так называемого, «Талергофского Альманаха», изданных в послевоенные годы (1924-1932) Талергофским Комитетом во Львове под очередной редакцией Ю. А. Яворского, Бендасюка и В. Р. Ваврика. Книга появилась весьма кстати, и, как замечает сам издатель в своем предисловии, в то время как о концентрационных лагерях гитлеровского террора много говорится и пишется в настоящее время: о страданиях и преследованиях русского населения б. зарубежных русских земель — Галичины, Буковины и Угорской Руси — в начале и в течение первой мировой войны; о терроре Габсбургской монархии и ее властей общественность мира и, в частности, свои русские люди ничего или почти ничего не знают.

А между тем роль и значение русского населения указанных областей в процессе их освобождения и воссоединения с остальной Русью и в совместной со славянскими народами работе, содействовавшей развалу Австро-Венгрии, этой тюрьмы славянских народов, — весьма значительны и общепризнаны, в том числе и врагами этого населения — военными и административными властями б. австро-венгерского правительства.

Наглядным доказательством этого являются те чудовищные мучения и страдания, и бесчисленные жертвы террора, о которых излагается в «Талергофском Альманахе». «Талергофский Альманах» является весьма важным документом, свидетельствующим о том, какую силу представляло собою русское национально-культурное движение в искони русских областях, очутившихся волею судеб и, по недостаточной мудрости русских правителей, вне пределов русского государства.

Новое Издание этого донумента очень важно, его следует приветствовать и широко распространять не только потому, что оно сохраняет память о героизме и стойкости галицко-русского населения, почти тысячелетие оберегавшего, несмотря на жестокие преследования иноземных властей, свою русскую традицию, язык, имя и самосознание о национально-культурном единстве с остальными русскими племенами, но и потому, что это издание должно противодействовать модной теперь фальсификации истории русского Прикарпатья, и правдиво и об’ективно информировать, как иностранцев, так и, в особенности, своих единоплеменников, русских, для которых история указанных русских областей, к сожалению, часто является книгой запечатанной. Этим и об’ясняется, что искони русские земли с населением, называвшим себя древним русским именем «русин», «русский (имя прилагательное) с легкой руки были перекрещены в «украинские» (Западная Украина), т. е. не русские, несмотря на то, что в течение столетий они называли себя и были называемы другими народами (поляками, немцами, мадьярами и др.) русскими. Никогда никакой «украиной», ни западной, ни восточной, не назывались и не были.

В краткой рецензии мы не можем привести целый ряд исторических источников, документов, мнений выдающихся ученых, славистов и историков, как например, И. В. Ягич, для обоснования нашего утверждения. Здесь мы ограничимся только приведением одного документа начала первой мировой войны, находящегося в венском государственном архиве.

Австрийский фельдмаршал, барон Гисль, представитель австрийского мин. ин. дел в ставке главнокомандующего австро-венгерской армией, в своем донесении министерству из Перемышля от 2-го сентября 1914 г. сообщает, между прочим, следующее: «Мои переговоры с тремя, друг от друга совершенно независимыми, по разным интересам и с разных точек зрения высказывающими свои суждения, факторами (военное командование, митрополит Шептицкий и наместник Галиции Коритовский) привели к потрясающему познанию, что русское население (das ruthenische Volk) почти целиком, не только политически, но и по своим действиям, находится в лагере русских (der Russen), против нас и что, так часто восхваляемая, как главная опора монархии в Галиции и Буковине, партия украинцев состоит только из вождей, которые имеют за собой только совсем незначительные частицы своего народа. Таким образом, кажется мне, украинизм, который не имеет опоры в народе и оказывается лишь построением некоторых политиков, для ближайшего будущего в качестве орудия для наших целей полезного и для великих целей политических служащего окончательно ликвидирован».

(Haus-Hof-und Staats-archiv. Polit. Archiv (P. H.), Krieg 86, Karton 902. Wfen).

Этот факт о русском самосознании населения Галиции, констатированный австрийским генералом немецкой национальности, у которого вряд ли можно предполагать какое-нибудь расположение к этим «русофилам», в неопровержимой степени подтверждает многочисленные австро-венгерские концентрационные лагеря, в которых томились и умирали тысячи всех сословий — крестьян, рабочих и интеллигенции, преимущественно священников, так как другой интеллигенции (врачей, адвокатов, чиновников и др.) ввиду тяжелых политических и социальных условий было весьма мало.

Жуткую общую картину преследований и мучений русского населения рисует редактор первого выпуска альманаха, галицко-русский ученый и общественный деятель, Ю. А. Яворский в своей статье «Галицкая Голгофа».

Он в прочувственных словах выражает скорбь по поводу многочисленных невинных жертв и разорения Прикарпатской Руси и негодование над бешеным террором австро-мадьярских властей и представителей других национальностей (поляков, евреев, мадьяр, немцев) и, в особенности, своих же единоплеменников, галицких украинофилов, которые доносами, травлей, разбоем уничтожали своих политических противников, не пожелавших украинизироваться, и которые, в добавок, с цинической наглостью пытались утверждать, что это они, украинцы, пострадали так жестоко от лютого австрийского террора, в то время как общеизвестно, что Австрия и Германия щедро поддерживали украинофильство, и что в концентрационных лагерях украинцев не было.

А если какой-нибудь там, по недоразумению, очутился, то его по интервенции украинской партии немедленно освобождали. Об этом в альманахе во многих местах говорится.

Таким образом, Талергофский альманах является обличителем бессовестности, беззастенчивости и непоследовательности утверждений многих галицко-украинских деятелей.

Так, например, украинский депутат, кавалер Сингалевич (Ritter von Singalewycz), в своем выступлении в 6-ом заседании ХХІІ-ой сессии, 14-го июня 1917 г. приписывает «украинцам» тысячи невинных повешенных, расстрелянных, арестованных и брошенных в концентрационные лагери, а в то же время утверждает, что «украинское» население, мол, приняло об’явление войны против России с «величайшим воодушевлением». Спрашивается, зачем австрийские власти, после об’явления войны преимущественно военные, арестовывали, расстреливали, вешали и разоряли украинцев, которые, по словам депутата, рвались в бой против России, и даже сами организовали добровольные отряды «сичовикив» под командованием Габсбурга Василя Вишиваного?

Кавалер Сингалевич, конечно, знал очень хорошо, что австрийские власти арестовывали, расстреливали, вешали не украинцев, а русских галичан, так называемых «русофилов» или «московофилов» за их не только «русофильство», но за их «русскость», из-за которой именно сами украинцы галицкие были большей частью виновниками страданий и мучений, обрушившихся на их единоплеменников, не пожелавших принять доктрины «украинских» сепаратистов.

А теперь, чтобы смыть позор, которым себя покрыли, сваливают вину на других и приписывают преследования и мучения «русофилов», которых сами предавали за их «русофильство», себе самим, т. е. украинцам. Какой позор! (Stenographisches Protokoll. Haus der Abgeordreten. XXII. Session. 6. Sitzung, den 14. Juni 1917. S. 280-281).

В первом выпуске альманаха отведено место историческому материалу в период австро-мадьярского террора в самом начале первой мировой войны, т. е. материалу, не касающемуся концентрационного лагеря в Талергофе. В нем излагаются страдания карпатороссов во время первой мировой войны вообще, так что название альманаха «Талергофским» является лишь символическим и заимствовано только из одной частности мартирологии Прикарпатья. «Талергоф» — это идейный символ для общей мартирологии карпаторусского населения.

Этот первый период мартирологии Карпатской Руси характеризуется политико-общественными очерками, статьями, отрывками из дневников и беллетристических рассказов и стихотворений, написанных на фоне переживаний народа в первый период войны, в которых с яркостью отражаются жестокие зверства как, отступающих, теснимых русской армией, австро-мадьярских войск, так и необузданной толпы (польской, еврейской, немецкой, мадьярской) и в особенности украинофильской.

Многие галицко-русские борцы за национально-культурные и социальные права русского населения — крестьяне, рабочие и интеллигенты — были без суда и следствия расстреляны, повешены или толпою избиты и растерзаны.

Второй выпуск альманаха, впервые изданный в 1924 г. во Львове, содержит кошмарные факты в период с 1914 г. до развала Австрии 1917-1918 г. г. В нем приводятся выдержки из газет и журналов, некоторые документы, как, например, приказ главнокомандующего армией эрцгерцога Фридриха, где население Галиции разделяется на две категории: «русофилы», стремящиеся к отлучению от Австрии и присоединению к России, и «украинцы», преследующие цель об’единения украинских земель с присоединением к Австрии; первые преследуют противогосударственные цели, вторые «лояльны».

Далее перечисляются тюрьмы, концлагери и другие места заключений, в которых томились и подвергались мучениям массы русского населения Галичины. Следует отметить, что на многих местах альманаха заключенными высказываются благодарность и признательность чешскому населению за его гуманное отношение к ним и за помощь, оказываемую им несмотря на большую опасность для себя.

В конце выпуска помещен небольшой очерк о политических процессах по обвинению в государственной измене галицко-русских общественных деятелей (депутата австр. парламента Д. А. Маркова и др., К. Богатырца и др.), из которых 18 человек были приговорены к смертной казни через повешение. Вместо улик-документов и вещественных доказательств на суде большей частью приводились показания свидетелей — украинофильских «эминенций», как Кость Левицкий, барон Василько, Ст. Смаль-Стойкий и др., которые вместо защиты «топили» своих политических противников, своих же единоплеменников.

В третьем выпуске альманаха, впервые изданном в 1930 г. во Львове помещены материалы, относящиеся исключительно к Талергофу. Это документы, воспоминания, сообщения узников и других. Среди них выделяется «дневник лемка из Талергофа» Ф. В. Курилло, излагающий жизнь в лагере за время с 14.9.1914 г. по 20.8.1915 г.

Также и в ІV-ом выпуске альманаха, изданном впервые в 1932 г. во Львове, напечатаны материалы, касающиеся Талергофа. Первую половину занимает дневник И. Мащака (с декабря 1914 г. по 17.5.1915 г.), вторую заполняют «Записки о Талергофе» Г. А. Полянского, известного галицко-русского писателя.

Price: $75.00